10 ноября 2026 года Самарский областной суд провел очередное заседание по делу о гибели бывшего мэра Самары Виктора Тархова и его жены Натальи. Перед допросом главной обвиняемой — их внучки Екатерины Тарховой — и 80-летней Таисии Киселевой рассмотрели ходатайства о мере пресечения. Данную информацию сообщает портал КП - Самара.
Заседание возобновилось после недельного перерыва; Екатерина Тархова пришла в розовой кофточке, сменив привычный черный, а суд оставил ее в СИЗО до 12 февраля 2027 года. Защита Таисии Киселевой просила разрешить ей видеться с внуками — детьми Магды (Марины) Метревели, сестры Светланы (Нателлы) Метревели, которую считают организатором преступления; прокурор возражал, пояснив, что через внуков обвиняемая сможет общаться с другими родственниками, и судья продлил домашний арест до той же даты, отказав в ходатайстве. Арест на имущество Виктора и Натальи Тарховых также продлен на три месяца. Дочь погибших Людмила, признанная потерпевшей, просила вернуть 2,35 млн рублей, которые якобы оставляла родителям на хранение перед задержанием; ранее ее судили за вымогательство 200 млн рублей у депутата губернской думы, а в ходатайстве она ссылалась на необходимость достойных условий жизни и обучения внука, оплату гражданских дел, похорон родителей и госпошлины, а также на подорванное здоровье. Суд отказал до завершения процесса: доказательств принадлежности найденных в квартире средств Людмиле нет, как и оснований считать, что сын Екатерины Маор, живущий с отцом в Израиле, нуждается в деньгах; сама Людмила получает необходимую медицинскую помощь.
Затем начался допрос Екатерины Тарховой. Вопросы задавали потерпевший Григорий Гробер, которому, по материалам дела, обманом продали автомобиль Натальи Тарховой, его адвокат и защитник Таисии Киселевой. Подсудимая часто отвечала «не помню» и «не могу сказать точно», утверждая, что в момент расправы над дедом и бабушкой была без сознания, но подробно описала семейные конфликты: они начались до рождения Маора и усилились после развода с Владом Пасиком и возвращения из Израиля. По ее словам, на семейном совете в Самаре обсуждали жилье и средства для нее и сына, а затем родственники стали называть ее наркоманкой и алкоголичкой; после того как она перестала пускать сына в гости, родные написали на нее заявление в ПДН. Однажды, оставив ребенка бабушке на два часа, через пять часов она узнала, что мальчик у матери, а затем — что он находится с Еленой Аркадьевной, возможно Братчиковой, неоднократно судимой знакомой семьи; заявление на нее, по словам Екатерины, осталось без реакции. Позже конфликт продолжился дома у матери на глазах у маленького Маора: испуганный ребенок бросил в Людмилу вазу, а сама Екатерина в ссоре толкнула Елену.
Суд также исследовал переписку: Екатерина писала Людмиле о наследстве, называя его «колоссальным баблом», которое достанется ей, и о готовности сделать ради денег все; в другом сообщении речь шла о смерти, ноже и расчленении. Тархова это отрицала, объясняя слова эмоциями после ссор и заявляя, что угроз семье не делала. Отдельный блок вопросов касался семьи Метревели, с которой она сближалась пять лет: сначала познакомилась с Магдой, затем со Светланой и Таисией, а те свели ее с гадалкой Зинаидой. По словам подсудимой, Зинаида предсказывала, что мать заберет ребенка, говорила о конфликтах и провокациях и советовала вернуться к Владу; за услуги Екатерина переводила по 30–40 тысяч рублей в неделю, иногда больше — из денег, которые давали дед с бабушкой на продукты, квартиру и вещи, а также из собственных заработков, хотя в 50 млн рублей эти суммы, по ее словам, не складываются. Светлана Метревели, по словам Тарховой, запрещала обращаться к другим гадалкам, считая это кармически плохим; Екатерина призналась, что «подсела» на слова Зинаиды, посещала ее один раз, а дальше общалась через Светлану, и именно Зинаида рассказала о ритуале вуду, который должен был прекратить несчастья, указав целью бабушку Наталью.
Поначалу Тархова доверяла Светлане и даже оставляла с ней сына, но постепенно общение изменилось. Тархова уверяла, что хотела лишь прекратить ссоры и не дать родным слушать мать. Затем она рассказала о плане со Светланой: решить вопрос с квартирой деда и бабушки, заставив их «забыть» о жилье; для этого Виктору и Наталье начали давать «капсулы для здоровья». Яд, по ее показаниям, передал племянник Светланы Дмитрий, которого считают исполнителем, а хранился он в палетке от теней примерно на 20 ячеек, которую Тархова изобразила на рисунке; как вещество провезли через таможню, ей неизвестно. По словам Екатерины, Дмитрий говорил о множестве связей в России и Грузии, а Светлана имела еще более обширные связи, чем дед, и давала поручения: покупать инструменты, возить передачки матери, приобретать тряпки, химические средства и продукты для Дмитрия. Она выполняла это из-за угроз ей и сыну и, по ее словам, опасалась подельников, а с октября Светлана поила ее чем-то, отчего она чувствовала себя «в тумане».
После смерти родственников Тархова около двух недель находилась в квартире и обкладывала тела бутылками с замороженной водой, чтобы соседи не ощущали запах; целыми она видела их якобы в декабре, хотя раньше говорила, что Виктор мог умереть 3 января. Расчленением, по ее словам, занимался Дмитрий Метревели, он же убирался в квартире — Тархова видела, как он стоял на стремянке и тер тряпкой потолок, а позже передавал ей пакеты на выброс, содержимое которых было легким, как бумага или коробки. Около месяца после случившегося она, по ее признанию, просто ждала полицию. Дед и бабушка, по ее мнению, могли погибнуть из-за мести: Виктор якобы был знаком со Светланой, связанной с нефтяной сферой, хотя сама Екатерина цели на убийство не имела и, выполняя указания Метревели, включая то, чтобы привести сына в квартиру после убийства, утверждает, что «не было выбора». Она также говорила, что продолжает бояться мести. В ходе заседания Тархова дала много противоречивых показаний, на что обратили внимание адвокаты и прокурор; обвинитель попросил перенести заседание для анализа, и слушание отложили на 17 ноября.
Следите за новостями и смотрите эксклюзивные видео в канале Самара Новости в МАХ