В Самаре перед судом предстал подрядчик «Авиакора» по делу о мошенничестве
Кировский районный суд приступил к рассмотрению уголовного дела Эдуарда Багдасаряна, гендиректора АО «Аэрокон» из Жуковского. Ему вменяют два эпизода мошенничества в особо крупном размере. Потерпевшей стороной выступает самарский авиационный завод «Авиакор». Об этом пишет Волга Ньюс.
Разбирательство касается работ «Авиакора» над фюзеляжем среднемагистрального самолета «Ладога». Самарский завод по договору от 11 августа 2022 года взялся за часть опытно-конструкторской работы: разработку и изготовление стапельно-сборочного оснащения (ССО) для ТВРС-44. Субподрядчиком стало АО «Аэрокон», предложившее доработать ССО для изготовления каркаса фонаря. Этап оценили почти в 26,5 млн рублей, включая НДС.
По версии следствия, директор «Аэрокона» заранее задумал похитить у самарского завода крупную сумму. Договорные обязательства в полном объеме он исполнять не собирался, а хотел получить выгоду для себя и компании, действуя через обман и злоупотребление доверием при исполнении государственного оборонного заказа. В апреле 2023-го он передал заказчику отчетность, где работы значились выполненными целиком, хотя сведения были заведомо ложными. Руководитель «Авиакора» бумаги подписал, после чего «Аэрокон» получил окончательную оплату.
Летом 2024-го, в июле, сотрудники «Авиакора» выехали в Жуковский, чтобы оценить, как хранится техническая оснастка для каркаса фонаря кабины экипажа ТВРС-44. Проверка выявила, что подрядчик доработал стапельно-сборочное оснащение не целиком; экспертиза, датированная 08.12.2025, показала, что по соглашению от 15.09.2022 остались неготовыми приспособления для сборки-сварки центральной секции фонаря (узловой) и два — для боковых секций. Следствие пришло к выводу, что Багдасарян похитил у «Авиакора» около 26,5 млн рублей. Поскольку самарский авиационный завод — крупное стратегически важное авиастроительное предприятие из сводного реестра организаций оборонно-промышленного комплекса, к разбирательству подключилась Самарская прокуратура по надзору за исполнением законов на особо режимных объектах.
Уголовное дело возбудили, и в нем появился второй эпизод: при создании новой машины отталкивались от уже существующих Ан-140 и чешского L-600, а после выпуска Ан-140 у самарского завода сохранился запас деталей и агрегатов. «Аэрокон» вновь взял на себя работы для самарцев — изготовление нескольких каркасов остекления; из Самары в Жуковский ушел образец для сверки — фонарь кабины пилотов от недостроенного Ан-140. Прокуратура считает, что Багдасарян распорядился выдать старый каркас за новое изделие и отправить его в Самару, но на заводе при проверке эту деталь от Ан-140 забраковали. Тогда же, в июле 2024-го, «Аэрокону» выставили претензию: по условиям соглашения требуется новый каркас фонаря кабины экипажа РС-44; по этому эпизоду ему вменяют ч. 4 ст. 159 УК РФ, а ущерб АО «Авиакор-авиационный завод» оценивают как минимум в 18,7 млн рублей.
Подсудимый Багдасарян вину не признает в полном объеме: он настаивает, что и заказчик, и подрядчик хотели быстрее изготовить и поставить каркас фонаря для сборки фюзеляжа. По его словам, он не искал личной выгоды и работал прозрачно — так, как велели и одобряли руководители «Авиакора» и «Уральского завода гражданской авиации», разработчика «Ладоги»; внутренние бумаги «Аэрокона», по его утверждению, фиксировали каждый шаг. По его версии, он намеревался поставить новый каркас фонаря из деталей, которые продолжали выпускать и проводить по договорам и бухгалтерии; соглашение с ООО «Генезис Металл», изготовителем деталей, подтверждает, что изначально заказывали комплектующие и для переделки фонаря от Ан-140, и для основного каркаса. Иными словами, планы на оба варианта появились еще до подписания, а деньги заказчика позже ушли на отладку сварки и сборки; каждый шаг и каждый расход, уверяет он, попали в бухгалтерские документы. Все эти обстоятельства, полагает Багдасарян, прямо говорят, что никаких нарушений закона, умысла или дохода он не допустил; напротив, утверждает он, компания потеряла деньги и пострадала репутационно, хотя все обязательства по договорам выполнила.
